Читать книгу - "Окно с видом на счастье - Наталья Игоревна Соснина"

— Venez chez nous et vous allez voir une vraie Russie, je vous le promets!18

— Но как же, — возразил Себастьян (разговор велся на какой-то смеси русского, французского и даже немного английского языков. Удивительно, но Вадику с Ириной все меньше приходилось переводить: каким-то невероятным образом Саше и Себастьяну удавалось понимать друг друга: помогали мимика и жесты, кроме того, Саша вдруг начал вспоминать отдельные слова — включилась его цепкая память, и в голове стали возникать иной раз даже целые фразы). — Moscou c’est la capitale, le centre de la Russie!19

— Москва, Себастьян, — ответил Корольков, — это как раз вовсе не Россия. Это испокон веков было государство в государстве.

Тут Вадику пришлось перевести, потому что такой сложный оборот Саше, конечно же, не дался.

Себастьян понимающе покивал и ответил:

— J’aimerais voir votre Sibérie, Sacha! Apparemment il fait très froid là-bas!20

— Oui oui! — засмеялся Саша. — Et les ours qui marchent dans les rues… Ce sont les comptes de fées! Il fait certainement froid mais pas toute l’année. Nous avons un été, un été très chaud même… venez et vous allez découvrir vous-même.21

Поговорили и о том, как Саша работал на скорой, как потом пошел служить в армию и был санинструктором. Про теперешнюю его жизнь хозяева тоже расспрашивали, и, конечно же, весьма животрепещущим оказался вопрос о том, женат ли он.

— Нет, — развел руками Корольков. — Не женат…

— А сколько тебе лет, Саша? — спросила Ирина.

— Двадцать восемь, — ответил тот.

— Ты такой молодой! — поразились оба — и Ирина, и ее муж. — А уже столько сделал в своей жизни!

— Да что я сделал-то? — удивился Саша в ответ. — Всего год назад я начал работать самостоятельно, хотя, если бы не армия, это бы произошло на два года раньше.

— Ты знаешь, — заметила хозяйка, — здесь совершенно иначе воспитывают детей. В твоем возрасте многие еще не закончили образование, живут свободно и не утруждаясь, на шее родителей. В России в тридцать лет человек считается уже взрослым, мало того, зрелым. А в Европе этот возраст — юношеский.

— Я не жалею, что мы рано взрослеем, — сказал Корольков. — Мы в двадцать уже были взрослыми.

Чтобы перевести разговор в сторону от себя — Саша никогда не любил повышенного внимания к своей персоне, — Корольков спросил:

— Вадик, во сколько прилетает Стефан? Может, и правда, вместе съездим в аэропорт?

— Конечно, съездим! Вечером, поздно, Сань. В десять с чем-то…

Саше очень не хотелось покидать этот гостеприимный дом, но он решил все-таки, что пора и честь знать:

— Вадик, — тихонько позвал он, взглянув на часы: они сидели за столом уже довольно долго, и стрелки показывали почти десять часов.

— Ау? — отозвался тот.

— Давай понемногу собираться, а?

Вадик согласно кивнул, и, дослушав то, о чем говорила его мать — а говорила она о том, что вечером нужно будет встретить Стефана и обязательно как следует накормить, — продолжил тему:

— Мам, мы поехали!

— Ну что ты, сынок, посидите еще! — попыталась возразить Ирина.

— У Саши еще экскурсия сегодня!

«Экскурсия? — содрогнулся Корольков. — Господи-и-и-и… А я хотел отоспаться и подготовиться к завтрашнему докладу!», вслух же произнес:

— А какая у нас экскурсия, Вадик? Я и не знал…

— Обзорная, Сань! — весело ответил тот. — По Парижу. Съезди обязательно! Эйфелева башня, Монмартр и Нотр-Дам-де-Пари… Основные, так сказать, вехи.

— А! Ну здорово! — неожиданно для себя самого обрадовался Саша. — Тогда съезжу.

— Потом, когда все соберемся, я вас прокачу по своим местам, — пообещал Вадик.

Отель «Grand Voyage», в который Вадик привез Сашу, оказался, несмотря на название, не очень большим — всего три этажа, на каждом из которых располагалось по десять номеров, плюс цоколь, где находились ресторан и кухня. В холле первого этажа виднелась стойка ресепшн, стояли несколько мягких диванов и кресел и… рояль. Корольков, войдя в отель, первым делом увидел его: элегантный черный инструмент красовался посередине небольшого, но очень уютного холла.

Девушка за стойкой улыбнулась:

— Bonjour monsieur! Comment puis-je vous aider?22

Пока Вадик объяснялся с ней по-французски, Саша, бросив саквояж в кресло, огляделся. То, что находилось в обозримом пространстве, ему решительно нравилось: диваны и кресла явно были очень комфортными, журнальные столики между ними — невысокими и удобными, в самый раз поставить на такой стакан с коньяком и, развалившись в кресле, потихоньку его потягивать, для чего достаточно протянуть руку и взять стакан. Тут он вздохнул, вспомнив коньяк, которым угощал его Себастьян, и в очередной раз понадеялся, что удастся выпить его еще…

— Саня! — окликнул его Вадим. — Пошли!

— А? — вынырнул из какого-то сомнабулического состояния тот: видимо, все-таки перелет оказался утомительным. Вернее, не сам перелет, подумал он тут же, а, скорее, тот факт, что я нахожусь так далеко от дома, и что оказался здесь за столь короткий промежуток времени. Организм пока не понял, где он.